Свя­той Ро­ди­он или Иро­ди­он, род­ствен­ник апо­сто­ла Пав­ла (Рим.16,11), оста­вил епи­скоп­скую ка­фед­ру в Пат­рах, чтобы ид­ти в Рим со свя­тым апо­сто­лом Пет­ром. Свя­той апо­стол Олимп (или Олим­пан), о ко­то­ром вспо­ми­на­ет апо­стол Па­вел (Рим.16,15), то­же был спут­ни­ком апо­сто­ла Пет­ра. Оба апо­сто­ла от 70-ти бы­ли обез­глав­ле­ны в тот же день и час, ко­гда рас­пя­ли апо­сто­ла Пет­ра.

Свя­тые апо­сто­лы Ераст, Со­си­патр, Ку­арт и Тер­тий бы­ли уче­ни­ка­ми свя­то­го апо­сто­ла Пав­ла. О них апо­стол язы­ков упо­ми­на­ет в По­сла­нии к Рим­ля­нам: «При­вет­ству­ют вас… Иа­сон и Со­си­патр, срод­ни­ки мои» (Рим.16,21); «При­вет­ствую вас в Гос­по­де и я, Тер­тий, пи­сав­ший сие по­сла­ние» (Рим.16,22); «При­вет­ству­ет вас Ераст, го­род­ской каз­но­хра­ни­тель, и брат Кварт» (Рим.16,23).

Апо­стол Со­си­патр, ро­дом из Аха­ии, был епи­ско­пом Ико­нии, где и скон­чал­ся. Апо­стол Ераст был сна­ча­ла диа­ко­ном и каз­но­хра­ни­те­лем Иеру­са­лим­ской Церк­ви, а по­том епи­ско­пом в Па­не­аде. Свя­той апо­стол Ку­арт пе­ре­нес мно­го стра­да­ний за свое бла­го­че­стие, об­ра­тил ко Хри­сту мно­же­ство языч­ни­ков и мир­но скон­чал­ся в сане епи­ско­па го­ро­да Бе­ри­та. Свя­той апо­стол Тер­тий, за­пи­сав­ший По­сла­ние апо­сто­ла Пав­ла к Рим­ля­нам, был вто­рым епи­ско­пом Ико­нии, где и пре­ста­вил­ся.

Святой Родион или Иродион, родственник апостола Павла (Рим. 16, 11), оставил епископскую кафедру в Патрах, чтобы идти в Рим со святым апостолом Петром. Святой апостол Олимп (или Олимпан), о котором вспоминает апостол Павел (Рим. 16, 15), тоже был спутником апостола Петра. Оба апостола от 70-ти были обезглавлены в тот же день и час, когда распяли апостола Петра.

Святые апостолы Ераст, Сосипатр, Куарт и Тертий были учениками святого апостола Павла. О них апостол языков упоминает в Послании к Римлянам: «Приветствуют вас… Иасон и Сосипатр, сродники мои» (Рим. 16, 21); «Приветствую вас в Господе и я, Тертий, писавший сие послание» (Рим. 16, 22); «Приветствует вас Ераст, городской казнохранитель, и брат Кварт» (Рим. 16, 23).

По мнению учителей Церкви, человек создан для того, чтобы восполнить число отпавших ангелов. Следовательно, мы должны войти в Собор Ангелов. А для этого, подумайте, дорогие мои, как чиста и свята должна быть наша жизнь. Как еще здесь, на земле, мы должны заблаговременно подготавливать себя к сожитию с Ангелами, к вхождению в их светлое и святое собрание. В тот их Собор, который мы с вами ныне так торжественно празднуем!

Святый Архангеле Божий Михаиле, отжени от нас молниеносным мечом твоим духа лукавого, искушающего нас.

О великий Архистратиже Божий Михаиле – победитель демонов! Победи и сокруши всех врагов наших, видимых и невидимых, и умоли Господа Вседержителя, да спасет и сохранит нас Господь от всех скорбей и от всякия болезни, от смертоносныя язвы и от напрасныя смерти, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Сегодня, возлюбленные други мои, праздник и прославление Архистратига Михаила и неисчислимого сонма Ангелов. Это великий праздник для всей Православной Церкви, а для нас он сугубый: храм, в котором мы с вами сейчас находимся, освящен в честь Архистратига Михаила – вождя и предводителя всего Небесного Ангельского Воинства, верных и ревностных служителей Вседержителя и Творца Бога. День этот (8 ноября по церковному календарю) – главный из всех праздников в честь святых Ангелов. В просторечии он именуется Михайловым днем и очень чтим верующими людьми. А Церковь именует его Собором Архистратига Михаила и прочих Небесных Сил бесплотных. Собор, то есть соединение, совокупность всех святых Ангелов во главе с Архистратигом Михаилом, ибо они все совокупно и единогласно славят Святую Троицу, единодушно служат Богу.

Этот день, дорогие мои, Церковь посвятила Архистратигу Михаилу – вождю Небесных Сил, и на иконах изображают его в грозном и воинственном виде. На голове его шлем, в руке меч или копие. Под ногами пораженный им дракон. С кем и против кого воюет этот отважный предводитель?! Мы знаем с вами, други мои, что весь ангельский мир, который был создан еще до создания человека и всего видимого мира, был наделен при творении великими совершенствами и благодатными дарами. И велико, и славно было его предназначение. Среди этого ангельского мира один из верховных ангелов – Денница – открыл в самом себе источник зла и гордости и восстал против своего Творца. Ангелы, подобно людям, сотворены со свободной волей. И вначале они могли злоупотребить этой свободой и впасть в грех. Что и произошло с Денницей. Он пожелал быть самостоятельным, не зависящим от Бога. Мир духовный поколебался, и часть Ангелов последовала за ним.

И вот в этот момент из той же ангельской среды выступает поборник славы Божией и защитник чести ангельского мира – Архистратиг Михаил. Он властно произносит: «Никто как Бог!» – обращаясь этим призывом ко всем Ангелам. Этими дерзновенными словами он показал, что он знает Бога, признает только Его одного – Единого Бога, Творца и Властителя всей Вселенной.

«Никто как Бог!» – смело и решительно заявляет он, свидетельствуя о величии Божием. В этом его поступке проявились его личные качества: твердая вера, смелость и решительность в действиях, способность не только верить, но и свидетельствовать о Боге; излучая, распространять воспринятый им Божественный свет на весь мир. Борьба была трудной, ибо Денница был наделен великими совершенствами. Но силы добра превозмогли над силами зла… Денница свергнут с неба со всеми своими последователями.

А Архангел Михаил утвердился как вождь всего ангельского мира, верного Богу. С тех пор в руках Архистратига Михаила меч, ибо сатана, свергнутый с неба, не перестает воевать против небожителей. Падшим ангелам пресечена возможность проникать в высшие области мироздания. И потому они всю злобу свою устремили на людей, и в первую очередь на всех верующих в Бога.

Может ли меч Архангела Михаила при таких обстоятельствах оставаться в бездействии? Конечно, нет! Архистратиг не перестает воевать с ангелами зла и тьмы, ограждая верных чад Божиих от их коварных происков. И борьба сия в высшей степени ожесточится перед концом мира. Теперь всем нам должно быть понятно, почему Архистратиг Михаил изображается в таком воинственном виде. Он защитник Церкви Божией. И вид его должен приводить в страх врагов Божиих. Мы же должны радоваться, что имеем такого отважного защитника – победоносного вождя Небесных Сил.

Мы должны помнить, что охранительный меч его будет всегда за нас, если только мы не вступим в союз с тем врагом, против которого борется Архистратиг Михаил. Ангелы, оставшиеся верными своему Творцу и составившие воинство Архистратига Михаила, с течением времени настолько утвердились в добре, что грех для них сделался невозможным. Не потому, что они, имея свободную волю, не могут преступить воли Божией, а просто потому, что они не захотят этого делать, не захотят грешить. Обратите внимание, други мои, на эти слова. Не захотят грешить! Как это для нас с вами назидательно. Не захотеть грешить – значит получить возможность приблизиться к Богу и видеть Его, как видят Его Ангелы. Служить Ему и только Ему, исполняя Его повеления.

Слово «ангел» означает «вестник». Такое наименование имеют бесплотные духи потому, что они возвещают людям волю Божию. Ангел – это тот, кого Господь может послать с поручением и который в точности исполнит то поручение. Ангелы обитают везде. Но преимущественно на небе, вокруг Престола Божия. Там, где Бог наиболее открывает им Свою славу, а через них и Свою волю в отношении людей. Святые отцы Церкви называют их вторыми светами, как бы отблеском Божественного света. Они — светы вторые! Как это нам понять?! С чем сравнить, чтобы было доступно нашему уму? Находясь в непосредственной близи к Богу, Ангелы наполняются восхищением, Божиим величием, Его святостью, мудростью и величайшей любовью Творца Вселенной к Своей твари.

Некий Божественный свет широкой рекой свободно льется через них. Но не просто протекает через них, как по свободному желобу, и не задерживаясь, истекает и пропадает. А льется так, как льется, искрясь и сияя, свет, когда он попадает на драгоценный камень. Дойдет свет до его середины и оттуда отразится ответным сиянием, и распространяется, и множась, бьет во все стороны, преломляясь на гранях, окрашивается в изумительные цвета, озаряя, а порой и ослепляя своей красотой. В этом образ подлинной святости. Небесные Силы восприняли в себя свет Божий. Преломили его в себе и, отразив и раздробив на множество прекрасных лучей, распространили вокруг себя, отдав людям, способным к его восприятию. И вот в этом отраженном сиянии Божественного света, сиянии неуменьшенном, непотемненном, но сиянии, приумноженном и радостнотворном, приносящем жизнь, мы познаем Бога! Если бы не Ангелы, мы никогда даже в малой, доступной человеку степени не могли бы ощущать и воспринимать Божественный свет. Сами мы не способны видеть и ощущать славу Божию – нам нужны посредники, которые так преобразуют ее, что она становится доступной и нам. И вот Ангелы являются для нас этими посредниками.

Други мои! А отражают ли люди этот воспринятый ими Божественный свет? Способны ли люди на это?! Да! Люди безупречной жизни и пламенной любви к Богу зримо для окружающих в определенные моменты жизни светятся этим Божественным светом. Читая жития святых, мы найдем много примеров тому. Про таких людей богослужебные тексты говорят нам: «Ангельски пожив на земли»… – или – «житие твое равноангельно бысть». Назову вам, как пример, два имени наших соотечественников, живших в очень близкие к нам времена. Это всем нам хорошо известный преподобный Серафим Саровский и менее известный харьковский святитель Мелетий. Оба они носили в своих сердцах горящий пламень любви к Богу. Вспомните также повествование из Деяний апостольских. Когда судили первомученика архидиакона Стефана, он сказал, что видит небо отверстым и славу Божию – и все, сидящие в синедрионе, видели лицо его как лицо Ангела. Это свидетельствует о возможности и доступности для нас еще в этой земной жизни уподобляться Ангелам. Было бы только стремление к этому с нашей стороны. Святые Ангелы не только восхвалением служат Богу. Они еще стремятся подражать Ему и в действиях. Ангельскому миру усваивается истинный дух разума, действительное участие в человеческой истории. Как говорится в Святом Евангелии, Сын Божий пришел на землю, чтобы послужить людям, спасти их. И Ангелы посылаются на землю с той же целью – служения людям. Первые христиане по откровению и опыту знали предстательство о себе честных бесплотных Сил. Чтобы и мы с вами реально ощущали бытие Ангелов и их постоянное присутствие, очистим свое сердце и душу от греховных помыслов, желаний и тем более дел. Стой постоянно на страже твоей души, пекись о ее чистоте – и увидишь и Ангелов, и с их помощью приблизишься и к Богу, и увидишь Его, ибо сказано: чистые сердцем Бога узрят (Мф. 5,8). Очисти свое сердце и удостоишься тогда высокой радости, как некогда праотец Авраам, принять под сенью своей Ангелов. Старайся избегать общения с грешниками и сам не твори греховных дел – и тогда, как праведного Лота, изведет и тебя за руку твой Ангел из погибельного окружения мирской суеты. Будь кротким, смиренным, побеждай зло добром. И тогда, как некогда Иакова, встретит и тебя на пути твоего шествия к Богу сонм Ангелов (Быт. 32,1). Уясните себе, други мои, как важно нам зорко следить за своим поведением, чтобы не удалять от себя наших верных помощников – Ангелов. По мнению учителей Церкви, человек создан для того, чтобы восполнить число отпавших ангелов. Следовательно, мы должны войти в Собор Ангелов. А для этого, подумайте, дорогие мои, как чиста и свята должна быть наша жизнь. Как еще здесь, на земле, мы должны заблаговременно подготавливать себя к сожитию с Ангелами, к вхождению в их светлое и святое собрание. В тот их Собор, который мы с вами ныне так торжественно празднуем! Но для этого мы должны приобрести и мысли, и чувства ангельские. От нас требуется очистить место для любви, приготовить свое сердце для принятия в себя любви сверхъестественной, той любви, которой от нас ждет Бог. И это несложно! Живи по евангельским заповедям – и достигнешь необходимого. А они не являются невыполнимыми. И в этом деле опять помогают нам Ангелы, просвещая наш ум познанием Святого Евангелия. Сознавая важность нашего тесного союза с Ангелами, поставим себе, други мои, цель, чтобы каждый прожитый день не разъединял нас, а сближал с Ангелами, особенно с нашим Ангелом Хранителем. Для этого очень полезно читать ежедневно не только молитвы к Ангелу Хранителю, вошедшие в состав наших утренних и вечерних молитв, но и специально составленные в помощь нам «Размышления на каждый день об ангелах». Их всего 31, по числу дней в месяце. Они кратки по содержанию. И они помогут нам любить Бога, как должны любить верные чада Божии. Особенно, если почаще будем произносить слова из размышления на 19-й день. «Вдохни в мое сердце, Ангел мой, хоть несколько искр той любви, которою ты пламенеешь!»

В заключение к нашему очень краткому пояснению значения нынешнего празднества в честь Архистратига Михаила и всего Собора Ангелов Божиих добавим еще следующее. Мы знаем из Священного Писания, что в день Страшного суда Господня, в день восьмой, когда придет Сын Человеческий в славе Своей и все святые Ангелы с Ним, пошлет Господь Ангелов собрать по всему миру и сжечь плевелы, а пшеницу – то есть избранных верных чад Своих – убрать в житницу Его. О, если бы они тогда взяли в числе этих избранных и нас, ныне с честью празднующих их Собор!

Аминь.

Архимандрит Иоанн Крестьянкин.

Ар­хан­гел Ми­ха­ил – один из выс­ших Ан­ге­лов, при­ни­ма­ю­щий са­мое близ­кое уча­стие в судь­бах Церк­ви. Свя­щен­ное Пи­са­ние нас учит, что, кро­ме физи­че­ско­го, су­ще­ству­ет ве­ли­кий ду­хов­ный мир, на­се­лен­ный ра­зум­ны­ми, доб­ры­ми су­ще­ства­ми, име­ну­е­мы­ми Ан­ге­ла­ми. Сло­во «ан­гел» на гре­че­ском язы­ке зна­чит «вест­ник». Свя­щен­ное Пи­са­ние их име­ну­ет так по­то­му, что Бог неред­ко через них со­об­ща­ет лю­дям Свою во­лю. В чем же соб­ствен­но со­сто­ит их жизнь в ду­хов­ном ми­ре, ко­то­рый они на­се­ля­ют, и в чем за­клю­ча­ет­ся их де­я­тель­ность – мы по­чти ни­че­го не зна­ем, да, в сущ­но­сти, и по­нять не в со­сто­я­нии. Они пре­бы­ва­ют в усло­ви­ях, со­вер­шен­но от­лич­ных от на­ших ма­те­ри­аль­ных: там вре­мя, про­стран­ство и все жиз­нен­ные усло­вия име­ют со­всем иное со­дер­жа­ние. При­став­ка «ар­хи» к неко­то­рым Ан­ге­лам ука­зы­ва­ет на их бо­лее воз­вы­шен­ное слу­же­ние срав­ни­тель­но с дру­ги­ми Ан­ге­ла­ми.

Имя Ми­ха­ил – на ев­рей­ском зна­чит «Кто, как Бог». Свя­щен­ное Пи­са­ние, по­вест­вуя о яв­ле­нии Ан­ге­лов раз­лич­ным лю­дям, соб­ствен­ным име­нем на­зы­ва­ет толь­ко неко­то­рых из них, – по-ви­ди­мо­му, тех, ко­то­рые несут осо­бую мис­сию в утвер­жде­нии Цар­ства Бо­жия на зем­ле. Сре­ди них – Ар­хан­ге­лы Ми­ха­ил и Гав­ри­ил, упо­ми­на­е­мые в ка­но­ни­че­ских кни­гах Пи­са­ния, а так­же Ар­хан­ге­лы Ра­фа­ил, Ури­ил, Са­ла­фи­ил, Иегу­ди­ил и Вара­хи­ил, упо­ми­на­е­мые в нека­но­ни­че­ских кни­гах Пи­са­ния. Ар­хан­гел Гав­ри­ил обыч­но яв­лял­ся неко­то­рым пра­вед­ни­кам в ка­че­стве вест­ни­ка ве­ли­ких и ра­дост­ных со­бы­тий, ка­са­ю­щих­ся на­ро­да Бо­жия (Дан.8:16, 9:21; Лк.1:19-26). В кни­ге То­ви­та Ар­хан­гел Ра­фа­ил го­во­рит о се­бе: «Я – Ра­фа­ил, один из се­ми свя­тых Ан­ге­лов, ко­то­рые воз­но­сят мо­лит­вы свя­тых и вос­хо­дят пред сла­ву Свя­та­го» (Тов.12:15). От­сю­да воз­ник­ло убеж­де­ние, что на Небе су­ще­ству­ет семь Ар­хан­ге­лов, од­ним из ко­то­рых яв­ля­ет­ся Ар­хан­гел Ми­ха­ил.

Ар­хан­гел Ми­ха­ил в Пи­са­нии име­ну­ет­ся «кня­зем», «во­ждем во­ин­ства Гос­под­ня» и изо­бра­жа­ет­ся, как глав­ный бо­рец про­тив диа­во­ла и вся­ко­го без­за­ко­ния сре­ди лю­дей. От­сю­да его цер­ков­ное име­но­ва­ние «Ар­хи­стра­тиг», т. е. стар­ший во­ин, вождь. Так, Ар­хан­гел Ми­ха­ил явил­ся Иису­су На­ви­ну в ка­че­стве по­мощ­ни­ка, при за­во­е­ва­нии из­ра­иль­тя­на­ми Обе­то­ван­ной зем­ли. Он явил­ся про­ро­ку Да­ни­и­лу в дни па­де­ния Ва­ви­лон­ско­го цар­ства и на­ча­ла со­зи­да­ния Мес­си­ан­ско­го цар­ства. Да­ни­и­лу бы­ло пред­ска­за­но о по­мо­щи на­ро­ду Бо­жию со сто­ро­ны Ар­хан­ге­ла Ми­ха­и­ла в пе­ри­од пред­сто­я­щих пре­сле­до­ва­ний при Ан­ти­хри­сте. В кни­ге От­кро­ве­ния Ар­хан­гел Ми­ха­ил вы­сту­па­ет как глав­ный вождь в войне про­тив дра­ко­на-диа­во­ла и про­чих взбун­то­вав­ших­ся ан­ге­лов. «И про­изо­шла вой­на на Небе: Ми­ха­ил и Ан­ге­лы его во­е­ва­ли про­тив дра­ко­на, и дра­кон и ан­ге­лы его во­е­ва­ли про­тив них, но не усто­я­ли, и не на­шлось им ме­ста на Небе. И низ­вер­жен был ве­ли­кий дра­кон, древ­ний змий, на­зы­ва­е­мый диа­во­лом и са­та­ною». Апо­стол Иуда крат­ко упо­ми­на­ет об Ар­хан­ге­ле Ми­ха­и­ле как о про­тив­ни­ке диа­во­ла. (Нав.5,13; Дан.10, 12:1; Иуд.1:9; Откр.12:7-9; Лк.10:18).

В ду­хе Свя­щен­но­го Пи­са­ния неко­то­рые от­цы Церк­ви ви­дят Ар­хан­ге­ла Ми­ха­и­ла участ­ни­ком дру­гих важ­ных со­бы­тий в жиз­ни на­ро­да Бо­жия, где, впро­чем, он не на­зы­ва­ет­ся по име­ни. Так, на­при­мер, его отож­деств­ля­ют с та­ин­ствен­ным ог­нен­ным стол­пом, шед­шим пе­ред из­ра­иль­тя­на­ми во вре­мя их бег­ства из Егип­та и по­гу­бив­шим в мо­ре пол­чи­ща фа­ра­о­на. Ему же при­пи­сы­ва­ют по­ра­же­ние огром­но­го ас­си­рий­ско­го вой­ска, оса­ждав­ше­го Иеру­са­лим при про­ро­ке Ис­а­ии. (Исх.33:9, 14, 26-28; 4Цар.19:35).

Цер­ковь по­чи­та­ет Ар­хан­ге­ла Ми­ха­и­ла как за­щит­ни­ка ве­ры и бор­ца про­тив ере­сей и вся­ко­го зла. На ико­нах его изо­бра­жа­ют с ог­нен­ным ме­чом в ру­ке или ко­пьем, низ­вер­га­ю­щим диа­во­ла. В на­ча­ле IV ве­ка Цер­ковь уста­но­ви­ла празд­ник «Со­бо­ра» (т. е. со­во­куп­но­сти) свя­тых Ан­ге­лов во гла­ве с Ар­хан­ге­лом Ми­ха­и­лом 8 но­яб­ря.

Празд­но­ва­ние Со­бо­ра Ар­хи­стра­ти­га Бо­жия Ми­ха­и­ла и про­чих Небес­ных Сил бес­плот­ных уста­нов­ле­но в на­ча­ле IV ве­ка на По­мест­ном Ла­оди­кий­ском Со­бо­ре, быв­шем за несколь­ко лет до Пер­во­го Все­лен­ско­го Со­бо­ра. Ла­оди­кий­ский Со­бор 35-м пра­ви­лом осу­дил и от­верг ере­ти­че­ское по­кло­не­ние Ан­ге­лам как твор­цам и пра­ви­те­лям ми­ра и утвер­дил пра­во­слав­ное их по­чи­та­ние. Со­вер­ша­ет­ся празд­ник в но­яб­ре – де­вя­том ме­ся­це от мар­та (с ко­то­ро­го в древ­но­сти на­чи­нал­ся год) – в со­от­вет­ствии с чис­лом 9-ти чи­нов Ан­гель­ских. Вось­мой же день ме­ся­ца ука­зы­ва­ет на бу­ду­щий Со­бор всех Сил Небес­ных в день Страш­но­го Су­да Бо­жия, ко­то­рый свя­тые от­цы на­зы­ва­ют «днем вось­мым», ибо по­сле ве­ка се­го, иду­ще­го сед­ми­ца­ми дней, на­сту­пит «день осмый», и то­гда «при­и­дет Сын Че­ло­ве­че­ский в Сла­ве Сво­ей и вси свя­тии Ан­ге­лы с Ним» (Мф.25:31).

Чи­ны Ан­гель­ские раз­де­ля­ют­ся на три иерар­хии – выс­шую, сред­нюю и низ­шую. Каж­дую иерар­хию со­став­ля­ют три чи­на. В выс­шую иерар­хию вхо­дят: Се­ра­фи­мы, Хе­ру­ви­мы и Пре­сто­лы. Бли­же всех Пре­свя­той Тро­и­це пред­сто­ят ше­сто­кры­ла­тые Се­ра­фи­мы (Пла­ме­не­ю­щие, Ог­нен­ные) (Ис.6:2). Они пла­ме­не­ют лю­бо­вью к Бо­гу и дру­гих по­буж­да­ют к ней.

По­сле Се­ра­фи­мов Гос­по­ду пред­сто­ят мно­го­очи­тые Хе­ру­ви­мы (Быт.3:24). Их имя зна­чит: из­ли­я­ние пре­муд­ро­сти, про­све­ще­ние, ибо через них, си­я­ю­щих све­том Бо­го­по­зна­ния и ра­зу­ме­ния тайн Бо­жи­их, нис­по­сы­ла­ет­ся пре­муд­рость и про­све­ще­ние для ис­тин­но­го Бо­го­по­зна­ния.

За Хе­ру­ви­ма­ми – пред­сто­ят Бо­го­нос­ные по бла­го­да­ти, дан­ной им для слу­же­ния, Пре­сто­лы (Кол.1:16), та­ин­ствен­но и непо­сти­жи­мо но­ся­щие Бо­га. Они слу­жат пра­во­су­дию Бо­жию.

Сред­нюю Ан­гель­скую иерар­хию со­став­ля­ют три чи­на: Гос­под­ства, Си­лы и Вла­сти.

Гос­под­ства (Кол.1:16) вла­ды­че­ству­ют над по­сле­ду­ю­щи­ми чи­на­ми Ан­ге­лов. Они на­став­ля­ют по­став­лен­ных от Бо­га зем­ных вла­сти­те­лей муд­ро­му управ­ле­нию. Гос­под­ства учат вла­деть чув­ства­ми, укро­щать гре­хов­ные во­жде­ле­ния, по­ра­бо­щать плоть ду­ху, гос­под­ство­вать над сво­ей во­лей, по­беж­дать ис­ку­ше­ния.

Си­лы (1Пет.3:22) ис­пол­ня­ют во­лю Бо­жию. Они тво­рят чу­де­са и нис­по­сы­ла­ют бла­го­дать чу­до­тво­ре­ния и про­зор­ли­во­сти угод­ни­кам Бо­жи­им. Си­лы по­мо­га­ют лю­дям в несе­нии по­слу­ша­ний, укреп­ля­ют в тер­пе­нии, да­ру­ют ду­хов­ную кре­пость и му­же­ство.

Вла­сти (1Пет.3:22; Кол.1:16) име­ют власть укро­щать си­лу диа­во­ла. Они от­ра­жа­ют от лю­дей бе­сов­ские ис­ку­ше­ния, утвер­жда­ют по­движ­ни­ков, обе­ре­га­ют их, по­мо­га­ют лю­дям в борь­бе с злы­ми по­мыс­ла­ми.

В низ­шую иерар­хию вхо­дят три чи­на: На­ча­ла, Ар­хан­ге­лы и Ан­ге­лы.

На­ча­ла (Кол.1:16) на­чаль­ству­ют над низ­ши­ми Ан­ге­ла­ми, на­прав­ляя их к ис­пол­не­нию Бо­же­ствен­ных по­ве­ле­ний. Им по­ру­че­но управ­лять все­лен­ной, охра­нять стра­ны, на­ро­ды, пле­ме­на. На­ча­ла на­став­ля­ют лю­дей воз­да­вать каж­до­му честь, по­до­ба­ю­щую его зва­нию. Учат на­чаль­ству­ю­щих ис­пол­нять долж­ност­ные обя­зан­но­сти не ра­ди лич­ной сла­вы и вы­год, а ра­ди че­сти Бо­жи­ей и поль­зы ближ­них.

Ар­хан­ге­лы (1Сол.4:16) бла­го­вест­ву­ют о ве­ли­ком и пре­слав­ном, от­кры­ва­ют тай­ны ве­ры, про­ро­че­ства и ра­зу­ме­ние во­ли Бо­жи­ей, укреп­ля­ют в лю­дях свя­тую ве­ру, про­све­щая их ум све­том Свя­то­го Еван­ге­лия.

Ан­ге­лы (1Пет.3:22) наи­бо­лее близ­ки к лю­дям. Они воз­ве­ща­ют на­ме­ре­ния Бо­жии, на­став­ля­ют лю­дей к доб­ро­де­тель­ной и свя­той жиз­ни. Они хра­нят ве­ру­ю­щих, удер­жи­ва­ют от па­де­ний, вос­став­ля­ют пад­ших, ни­ко­гда не остав­ля­ют нас и все­гда го­то­вы по­мочь, ес­ли мы по­же­ла­ем.

Все чи­ны Небес­ных Сил но­сят об­щее на­зва­ние Ан­ге­лов – по су­ти сво­е­го слу­же­ния. Гос­подь от­кры­ва­ет Свою во­лю выс­шим Ан­ге­лам, а они, в свою оче­редь, про­све­ща­ют осталь­ных.

Над все­ми де­вя­тью чи­на­ми по­став­лен Гос­по­дом свя­той Ар­хи­стра­тиг Ми­ха­ил (имя его в пе­ре­во­де с ев­рей­ско­го – «кто как Бог») – вер­ный слу­жи­тель Бо­жий, ибо он низ­ри­нул с Неба воз­гор­див­ше­го­ся ден­ни­цу с дру­ги­ми пав­ши­ми ду­ха­ми. А к осталь­ным Ан­гель­ским Си­лам он вос­клик­нул: «Вон­мем! Ста­нем доб­ре пред Со­зда­те­лем на­шим и не по­мыс­лим неугод­но­го Бо­гу!». По Цер­ков­но­му пре­да­нию, за­пе­чат­лен­но­му в служ­бе Ар­хи­стра­ти­гу Ми­ха­и­лу, он при­ни­мал уча­стие во мно­гих вет­хо­за­вет­ных со­бы­ти­ях. Во вре­мя вы­хо­да из­ра­иль­тян из Егип­та он пред­во­ди­тель­ство­вал им в ви­де стол­па об­лач­но­го днем и стол­па ог­нен­но­го но­чью. Через него яви­лась Си­ла Гос­под­ня, уни­что­жив­шая егип­тян и фа­ра­о­на, пре­сле­до­вав­ших из­ра­иль­тян. Ар­хи­стра­тиг Ми­ха­ил за­щи­щал Из­ра­иль во всех бед­стви­ях.

Он явил­ся Иису­су На­ви­ну и от­крыл во­лю Гос­по­да на взя­тие Иери­хо­на (Нав.5:13-16). Си­ла ве­ли­ко­го Ар­хи­стра­ти­га Бо­жия яви­лась в уни­что­же­нии 185 ты­сяч во­и­нов ас­си­рий­ско­го ца­ря Сен­на­хи­ри­ма (4Цар.19:35), в по­ра­же­нии нече­сти­во­го во­ждя Ан­тиохо­ва Или­о­до­ра и в ограж­де­нии от ог­ня трех свя­тых от­ро­ков – Ана­нии, Аза­рии и Ми­са­и­ла, бро­шен­ных в печь на со­жже­ние за от­каз по­кло­нить­ся идо­лу (Дан.3:92-95).

По во­ле Бо­жи­ей Ар­хи­стра­тиг пе­ре­нес про­ро­ка Ав­ва­ку­ма из Иудеи в Ва­ви­лон, чтобы дать пи­щу Да­ни­и­лу, в ро­ве со льва­ми за­клю­чен­но­му (кондак ака­фи­ста, 8).

Ар­хан­гел Ми­ха­ил за­пре­тил диа­во­лу явить иуде­ям те­ло свя­то­го про­ро­ка Мо­и­сея для обо­же­ния (Иуд.1:9).

Свя­той Ар­хан­гел Ми­ха­ил явил свою си­лу, ко­гда он чу­дес­но спас от­ро­ка, бро­шен­но­го гра­би­те­ля­ми в мо­ре с кам­нем на шее у бе­ре­гов Афо­на (Афон­ский Па­те­рик).

С древ­них вре­мен про­слав­лен сво­и­ми чу­де­са­ми Ар­хан­гел Ми­ха­ил на Ру­си. В Во­ло­ко­лам­ском Па­те­ри­ке при­во­дит­ся рас­сказ пре­по­доб­но­го Па­ф­ну­тия Бо­ров­ско­го со слов та­тар­ских бас­ка­ков о чу­дес­ном спа­се­нии Нов­го­ро­да Ве­ли­ко­го: «А яко же Ве­ли­кий Нов­град ни­ко­гда же не бысть взят от ага­рян … вне­гда по Бо­жию по­пуще­нию грех ра­ди на­ших без­бож­ный ага­рян­ский царь Ба­тый Ро­сий­скую зем­лю по­пле­ни и по­жже и по­и­де к Но­во­му гра­ду и по­к­ры его Бог и Пре­чи­стая Бо­го­ро­ди­ца яв­ле­ни­ем Ми­ха­и­ла Ар­хи­стра­ти­га, иже воз­бра­ни ему ит­ти на него. Он же по­и­де на Ли­тов­ския гра­ды и при­и­де к Ки­е­ву и ви­де у ка­мен­ныя церк­ви над дверь­ми на­пи­сан ве­ли­кий Ми­ха­ил Ар­хан­гел и гла­го­ла кня­зем сво­им, ука­зуя пер­стом: „сей ми воз­бра­ни пой­ти на Ве­ли­кий Нов­го­род“».

Пред­ста­тель­ства за го­ро­да рус­ские Пре­свя­той Ца­ри­цы Небес­ной все­гда осу­ществ­ля­лись Ее яв­ле­ни­я­ми с Во­ин­ством Небес­ным под пред­во­ди­тель­ством Ар­хи­стра­ти­га. Бла­го­дар­ная Русь вос­пе­ла Пре­чи­стую Бо­го­ро­ди­цу и Ар­хан­ге­ла Ми­ха­и­ла в цер­ков­ных пес­но­пе­ни­ях. Ар­хи­стра­ти­гу по­свя­ще­но мно­же­ство мо­на­сты­рей, со­бор­ных, двор­цо­вых и по­сад­ских хра­мов. В древ­нем Ки­е­ве сра­зу по при­ня­тии хри­сти­ан­ства был воз­двиг­нут Ар­хан­гель­ский со­бор и устро­ен мо­на­стырь. Ар­хан­гель­ские со­бо­ры сто­ят в Смо­лен­ске, Ниж­нем Нов­го­ро­де, Ста­ри­це, мо­на­стырь в Ве­ли­ком Устю­ге (нач. XIII в.), со­бор в Сви­яж­с­ке. Не бы­ло на Ру­си го­ро­да, где не су­ще­ство­ва­ло бы хра­ма или при­де­ла, по­свя­щен­но­го Ар­хи­стра­ти­гу Ми­ха­и­лу. Один из глав­ней­ших хра­мов го­ро­да Моск­вы – храм-усы­паль­ни­ца в Крем­ле – по­свя­щен ему. Мно­го­чис­лен­ны и пре­крас­ны ико­ны Чи­но­на­чаль­ни­ка Выш­них Сил и его Со­бо­ра. Од­на из них – ико­на «Бла­го­сло­вен­ное во­ин­ство» – на­пи­са­на для Успен­ско­го со­бо­ра Мос­ков­ско­го Крем­ля, где свя­тые во­и­ны – кня­зья рус­ские – изо­бра­же­ны под пред­во­ди­тель­ством Ар­хи­стра­ти­га Ми­ха­и­ла.

Из Свя­щен­но­го Пи­са­ния и Свя­щен­но­го Пре­да­ния из­вест­ны так­же Ар­хан­ге­лы: Гав­ри­ил – кре­пость (си­ла) Бо­жия, про­воз­вест­ник и слу­жи­тель Бо­же­ствен­но­го все­мо­гу­ще­ства (Дан.8:16; Лк.1:26); Ра­фа­ил – вра­че­ва­ние Бо­жие, це­ли­тель че­ло­ве­че­ских неду­гов (Тов.3:16, 12:15); Ури­ил – огонь или свет Бо­жий, про­све­ти­тель (3Езд.5:20); Се­ла­фи­ил – мо­лит­вен­ник Бо­жий, по­буж­да­ю­щий к мо­лит­ве (3Езд.5:16); Иегу­ди­ил – сла­вя­щий Бо­га, укреп­ля­ю­щий труж­да­ю­щих­ся для сла­вы Гос­под­ней и хо­да­тай­ству­ю­щий о воз­да­я­нии им за по­дви­ги; Вара­хи­ил – раз­да­я­тель бла­го­сло­ве­ния Бо­жия на доб­рые де­ла, ис­пра­ши­ва­ю­щий лю­дям ми­ло­сти Бо­жий; Иере­ми­ил – воз­вы­ше­ние к Бо­гу (3Езд.4:36).

На ико­нах Ар­хан­ге­лы изо­бра­жа­ют­ся в со­от­вет­ствии с ро­дом их слу­же­ния:

Ми­ха­ил – по­пи­ра­ет но­га­ми диа­во­ла, в ле­вой ру­ке дер­жит зе­ле­ную фини­ко­вую ветвь, в пра­вой – ко­пье с бе­лой хо­руг­вью (ино­гда пла­мен­ный меч), на ко­то­рой на­чер­тан черв­ле­ный крест.

Гав­ри­ил – с рай­ской вет­вью, при­не­сен­ной им Пре­свя­той Де­ве, или со све­тя­щим­ся фо­на­рем в пра­вой ру­ке и зер­ка­лом из яс­пи­са – в ле­вой.

Ра­фа­ил – дер­жит со­суд с це­ли­тель­ны­ми сна­до­бья­ми в ле­вой ру­ке, а пра­вой ве­дет То­вию, несу­ще­го ры­бу.

Ури­ил – в под­ня­той пра­вой ру­ке – об­на­жен­ный меч на уровне гру­ди, в опу­щен­ной ле­вой ру­ке – «пла­мень ог­нен­ный».

Се­ла­фи­ил – в мо­лит­вен­ном по­ло­же­нии, смот­ря­щий вниз, ру­ки сло­же­ны на гру­ди.

Иегу­ди­ил – в дес­ни­це дер­жит зо­ло­той ве­нец, в шуй­це – бич из трех крас­ных (или чер­ных) вер­вий.

Вара­хи­ил – на его одеж­де мно­же­ство ро­зо­вых цве­тов.

Иере­ми­ил – дер­жит в ру­ке ве­сы.

Оте­че­ством св. Иеро­на бы­ла вто­рая (ве­ли­кая) Кап­па­до­кия; ро­дил­ся он в го­ро­де Ти­ане от бла­го­че­сти­вой и бо­го­бо­яз­нен­ной ма­те­ри по име­ни Стра­то­ни­ка, в цар­ство­ва­ние им­пе­ра­то­ров Дио­кли­ти­а­на и Мак­си­ми­а­на, ко­то­рые оба бы­ли усерд­ны­ми по­клон­ни­ка­ми идо­лов и го­ни­те­ля­ми хри­сти­ан.

Ко­гда до слу­ха им­пе­ра­то­ров до­шло, что жи­те­ли об­ла­стей Ар­ме­нии и Кап­па­до­кии во­пре­ки им­пе­ра­тор­ским ука­зам от­ка­зы­ва­ют­ся по­кло­нить­ся идо­лам, то они по­сле мно­гих со­ве­ща­ний из­бра­ли двух лу­ка­вых, пре­дан­ных язы­че­ству, же­сто­ких му­жей, Аг­ри­ко­лая и Ли­зия, и от­пра­ви­ли пер­во­го в Ар­ме­нию, а вто­ро­го в Кап­па­до­кию, при­ка­зав им, во-пер­вых, каз­нить всех та­мош­них хри­сти­ан, не со­гла­ша­ю­щих­ся по­кло­нить­ся идо­лам, и, во-вто­рых, за­пи­сать в вой­ско всех му­жей и юно­шей, силь­ных те­лом и спо­соб­ных к во­ен­ной служ­бе.

При­быв в Кап­па­до­кию, Ли­зий стал вся­че­ски разыс­ки­вать год­ных для на­бо­ра лю­дей. Меж­ду про­чим, ему до­нес­ли и об Иероне, как о че­ло­ве­ке здо­ро­вом, силь­ном и от­ли­ча­ю­щем­ся осо­бен­ным му­же­ством. Ли­зий тот­час же по­слал во­и­нов взять его и при­ве­сти. По­слан­ные не за­ста­ли Иеро­на до­ма: он был на ра­бо­те в по­ле. Во­и­ны от­пра­ви­лись ту­да и хо­те­ли схва­тить его; но Иерон, узнав, что его бе­рут для во­ин­ской служ­бы, от­ка­зал­ся ид­ти с ни­ми, счи­тая для хри­сти­а­ни­на вред­ным иметь об­ще­ние и слу­жить вме­сте с идо­ло­по­клон­ни­ка­ми. Во­и­ны хо­те­ли взять его си­лой, но раз­гне­ван­ный Иерон схва­тил по­пав­ше­е­ся под ру­ку де­ре­во и на­чал их бить; он ока­зал­ся на­столь­ко силь­нее во­и­нов, что они об­ра­ти­лись в бег­ство, а он гнал их, как лев го­нит коз­лят.

Рас­се­ян­ные им во­и­ны вновь со­бра­лись, од­на­ко, в од­но ме­сто. Им ста­ло стыд­но друг дру­га, что не толь­ко не мог­ли одо­леть од­но­го че­ло­ве­ка, но и бы­ли им про­гна­ны. Они бо­я­лись воз­вра­тить­ся к то­му, кто их по­слал, с пу­сты­ми ру­ка­ми и го­во­ри­ли меж­ду со­бою, что ес­ли они во­ро­тят­ся без Иеро­на, то не толь­ко бу­дут все­ми осме­я­ны за то, что один че­ло­век по­бе­дил их всех, но и же­сто­ко на­ка­за­ны за тру­сость. По­это­му они по­зва­ли се­бе на по­мощь сво­их то­ва­ри­щей и во вто­рой раз в еще боль­шем чис­ле устре­ми­лись на Иеро­на. Услы­хав об этом, он на­брал се­бе дру­жи­ну из во­сем­на­дца­ти му­жей-хри­сти­ан, скрыл­ся вме­сте с ни­ми в на­хо­див­шу­ю­ся вбли­зи пе­ще­ру и от­ту­да от­ра­жал на­па­де­ния оса­див­ших его языч­ни­ков. По­след­ние из­ве­сти­ли меж­ду тем сво­е­го на­чаль­ни­ка, что Иерон с дру­ги­ми хри­сти­а­на­ми за­пер­ся в пе­ще­ре, и они не мо­гут взять его. На­чаль­ник от­пра­вил к ним на под­мо­гу еще бо­лее во­и­нов и все-та­ки они ни­че­го не мог­ли сде­лать, так как, бо­ясь Иеро­на, ни­кто не осме­ли­вал­ся да­же при­бли­зить­ся ко вхо­ду в пе­ще­ру. То­гда на­чаль­ник по­слал к ним од­но­го из дру­зей Иеро­на по име­ни Ки­ри­ак. Ки­ри­ак, при­дя на ме­сто, по­со­ве­то­вал во­и­нам уда­лить­ся от пе­ще­ры, так как Иеро­на, го­во­рил он, мож­но взять толь­ко кро­то­стью и доб­рым со­ве­том, а ни­как не си­лой. Ко­гда во­и­ны уда­ли­лись, Ки­ри­ак во­шел к Иеро­ну и убеж­дал его не со­про­тив­лять­ся вла­сти и ид­ти за­пи­сать­ся в во­ин­скую служ­бу. Мир­ной бе­се­дой сво­ей он успо­ко­ил Иеро­на, вы­вел его из пе­ще­ры и от­вел в его дом к ма­те­ри – ста­рой и сле­пой вдо­ве. Она на­ча­ла гром­ко опла­ки­вать сы­на, на­зы­ва­ла его опо­рой сво­ей ста­ро­сти и све­том сво­их сле­пых очей и жа­ло­ва­лась, что ли­ша­ет­ся един­ствен­но­го уте­ше­ния в сво­ем пе­чаль­ном вдов­стве. Меж­ду тем во­и­ны, окру­жав­шие Иеро­на, при­нуж­да­ли его ид­ти с ни­ми. Про­стив­шись с пла­чу­щей ма­те­рью, со­се­дя­ми и зна­ко­мы­ми, ко­то­рые со­бра­лись там, Иерон за­хва­тил с со­бой од­но­го сво­е­го род­ствен­ни­ка по име­ни Вик­тор и по­шел в го­род Ме­ли­ти­ну вме­сте с во­и­на­ми, со­про­вож­да­е­мый дву­мя сво­и­ми близ­ки­ми род­ствен­ни­ка­ми Мат­ро­ни­а­ном и Ан­то­ни­ем и неко­то­ры­ми дру­ги­ми еди­но­вер­ца­ми. Пут­ни­ки не по­спе­ли в Ме­ли­ти­ну до за­хо­да солн­ца и но­че­ва­ли на ме­сте, где за­ста­ла их ночь. Но­чью бла­жен­но­му Иеро­ну явил­ся некто оде­тый в бе­лые одеж­ды и воз­ве­стил ему крот­ким и пол­ным люб­ви го­ло­сом: «Спа­се­ние, Иерон, бла­го­вест­вую я те­бе! Пра­вым пу­тем идешь ты, так как идешь под­ви­зать­ся за Ца­ря Небес­но­го и не за ско­ро гиб­ну­щую сла­ву зем­ную бу­дешь ра­то­вать… Ско­ро ты отой­дешь к Ца­рю Небес­но­му и при­мешь от Него честь и сла­ву за свои по­дви­ги».

Эти­ми сло­ва­ми явив­ший­ся на­пол­нил серд­це Иеро­на неска­зан­ною ра­до­стью.

Ко­гда он ис­чез, Иерон про­бу­дил­ся и с ра­до­стью воз­ве­стил быв­шим с ним дру­зьям и срод­ни­кам: «Я узнал тай­ну бла­го­во­ле­ния Бо­жия ко мне и те­перь уже с ве­се­льем иду в пред­сто­я­щий мне путь. Од­но толь­ко ис­тин­ное со­кро­ви­ще, од­но ис­тин­ное на­сле­дие, од­ни толь­ко ис­тин­ные бо­гат­ства, это – те, ко­то­рые скры­ты на небе­сах; все же зем­ные бла­га не при­но­сят по­лу­ча­ю­щим их ни­ка­кой поль­зы: «Ка­кая поль­за че­ло­ве­ку, ес­ли он при­об­ре­тет весь мир, а ду­ше сво­ей по­вре­дит»? Для ме­ня нет ни­че­го до­ро­же и луч­ше ду­ши… До­ста­точ­но вре­ме­ни сво­ей жиз­ни по­тра­тил я на слу­же­ние су­е­те, те­перь иду к Бо­гу. Од­но толь­ко сму­ща­ет ме­ня – пе­чаль мо­ей ма­те­ри, пре­ста­ре­лой и немощ­ной вдо­вы, ли­шен­ной све­та очей и не име­ю­щей се­бе по­мощ­ни­ка и за­ступ­ни­ка. Но я иду уме­реть за Хри­ста и Ему, От­цу си­рот и вдо­виц, по­ру­чаю я свою мать».

Ска­зав это, Иерон про­лил несколь­ко слез о сво­ей ма­те­ри и от­пра­вил­ся в путь. В Ме­ли­тине свя­той Иерон вме­сте с дру­ги­ми трид­ца­тью тре­мя хри­сти­а­на­ми был за­клю­чен в тем­ни­цу. Здесь он го­во­рил сво­им то­ва­ри­щам по за­клю­че­нию: «По­слу­шай­те, дру­зья и бра­тья, мо­е­го со­ве­та, ко­то­рый бу­дет вам по­ле­зен не в этой жиз­ни, а в бу­ду­щей. Все бо­я­щи­е­ся Бо­га ищут не зем­ных вре­мен­ных, а бу­ду­щих веч­ных благ.

Вы слы­ша­ли, что на­ут­ро нас хо­тят за­ста­вить при­не­сти жерт­вы лож­ным язы­че­ским бо­гам: не бу­дем по­ви­но­вать­ся, не по­кло­ним­ся идо­лам и не при­не­сем им жерт­ву, при­не­сем луч­ше жерт­ву хва­лы ис­тин­но­му Бо­гу на­ше­му и воз­не­сем к Нему на­ши мо­лит­вы, услы­шав ко­то­рые, Он по­даст нам си­лу стой­ко и му­же­ствен­но пе­ре­не­сти му­че­ния и удо­сто­ить нас бла­жен­ной кон­чи­ны».

Слу­ша­те­ли Иеро­на еди­но­душ­но от­ве­ча­ли: «Сла­дост­ны нам, как мед, сло­ва твои! Ты со­ве­ту­ешь нам то, что дей­стви­тель­но по­лез­но и спа­си­тель­но для нас, и все мы же­ла­ем луч­ше уме­реть за Хри­ста, чем, по­кло­нив­шись идо­лам, жить в су­е­те».

Тем­нич­ные стра­жи из­ве­сти­ли о та­ком ре­ше­нии уз­ни­ков са­мо­го Ли­зия. На­ут­ро он ве­лел при­ве­сти свя­тых му­че­ни­ков из тем­ни­цы к се­бе на суд, по­ста­вил их пе­ред со­бой и с гне­вом спро­сил:

– Ка­кой бес при­вел вас к безум­но­му ре­ше­нию вос­стать про­тив вла­сти и не по­слу­шать­ся цар­ско­го по­ве­ле­ния – по­кло­нить­ся ве­ли­ким бо­гам?

– Мы, ко­неч­но, бы­ли бы безум­ца­ми и иг­руш­кой бе­сам, – от­ве­ча­ли свя­тые, – ес­ли бы честь, по­до­ба­ю­щую од­но­му толь­ко Бо­гу, воз­да­ва­ли де­ре­вян­ным и ка­мен­ным про­из­ве­де­ни­ям рук че­ло­ве­че­ских. Но те­перь мы по­сту­па­ем муд­ро, ибо по­кло­ня­ем­ся Твор­цу все­го, со­здав­ше­му небо и зем­лю сло­вом Сво­им и из­вед­ше­му их из небы­тия в бы­тие ду­хом уст Сво­их.

В это вре­мя один из при­сут­ство­вав­ших на су­де ука­зал Ли­зию на Иеро­на и ска­зал: «Вот кто со­про­тив­лял­ся тво­им по­слан­цам, и все, о чем ты слы­шал, сде­лал имен­но он».

Ли­зий, по­смот­рев на Иеро­на, спро­сил, от­ку­да он ро­дом, и, ко­гда Иерон на­звал свое оте­че­ство и ме­сто рож­де­ния, опять спро­сил его:

– Это ты про­ти­вил­ся цар­ско­му при­ка­за­нию, на­де­ясь на те­лес­ную свою си­лу, и из­бил по­слан­ных за то­бою во­и­нов?

– Да, я, – сме­ло от­ве­чал му­же­ствен­ный Иерон, – мне ли не воз­не­на­ви­деть нена­ви­дя­щих Те­бя, Гос­по­ди, и не возг­ну­шать­ся вос­ста­ю­щи­ми на Те­бя (Пс.138,21). По­то­му-то и на­нес я им по­бои и гнал как трус­ли­вых зай­цев.

Слы­ша эти сло­ва, Ли­зий раз­гне­вал­ся и, не от­да­вая долж­но­го храб­ро­сти и си­ле Иеро­на, по­ри­цал его за непо­кор­ность и ска­зал: «Безу­мие твое до­ве­ло те­бя до та­кой дер­зо­сти, что ты ослу­шал­ся цар­ско­го по­ве­ле­ния, не по­ко­рил­ся и мо­е­му при­ка­зу и из­бил по­слан­ных на­ми. За это по­веле­ваю от­сечь по са­мый ло­коть твою дерз­кую ру­ку, по­ви­но­вав­шу­ю­ся безум­ной го­ло­ве».

И тот­час свя­то­му Иеро­ну от­сек­ли ру­ку, а про­чих свя­тых по по­ве­ле­нию то­го же му­чи­те­ля неми­ло­серд­но би­ли дол­гое вре­мя.

За­тем все они опять бы­ли бро­ше­ны в тем­ни­цу и воз­бла­го­да­ри­ли Бо­га, спо­до­бив­ше­го их по­не­сти та­кие му­ки за Его свя­тое имя. Но один из них, вы­ше­упо­мя­ну­тый Вик­тор, род­ствен­ник свя­то­го Иеро­на, обес­силев от по­лу­чен­ных им по­бо­ев и убо­яв­шись еще боль­ших в бу­ду­щем, тай­но при­звал к се­бе то­го чи­нов­ни­ка, ко­то­рый вел за­пись схва­чен­ных и пре­дан­ных му­че­ни­ям хри­сти­ан, и уни­жен­но умо­лял вы­черк­нуть имя его, Вик­то­ра, из за­пи­си имен уз­ни­ков, страж­ду­щих за Хри­ста, при­чем обе­щал ему по­да­рить за это од­но по­ме­стье. Под­куп­лен­ный обе­щан­ным ему по­дар­ком, чи­нов­ник ис­пол­нил прось­бу Вик­то­ра, – уни­что­жил его имя в за­пи­си и но­чью вы­пу­стил его из тем­ни­цы. Но Вик­тор, вы­шед­ши из тем­ни­цы, вско­ре умер и, та­ким об­ра­зом, ли­шил­ся и иму­ще­ства, и жиз­ни, и му­че­ни­че­ско­го вен­ца.

Ко­гда на­ста­ло утро, свя­той Иерон узнал о слу­чив­шем­ся и, пол­ный бес­ко­неч­ной пе­ча­ли, гром­ко ры­дал о сво­ем срод­ни­ке, вос­кли­цая: «Увы, Вик­тор! что ты сде­лал? О, ка­кой до­ро­гой це­ной от­ку­пил­ся ты! За­чем ты сам от­дал се­бя в ру­ки вра­га? За­чем по­зор бег­ства пред­по­чел вен­цу сла­вы? За­чем от­дал жизнь веч­ную за вре­мен­ную? За­чем вре­мен­ное об­лег­че­ние по­ста­вил вы­ше ра­до­сти нескон­ча­е­мой? О, как сму­ти­ли те­бя недол­говре­мен­ные стра­да­ния от незна­чи­тель­ных ран, ко­то­рые – ни­что пе­ред му­ка­ми веч­ны­ми, ожи­да­ю­щи­ми те­бя по су­ду Бо­жье­му!»

Опла­кав от­пад­ше­го от ли­ка му­че­ни­че­ско­го, свя­той Иерон по­до­звал к се­бе двух сво­их срод­ни­ков Ан­то­ния и Мат­ро­ни­а­на, по­сле­до­вав­ших за ним, и ска­зал им: «Вы­слу­шай­те мою по­след­нюю во­лю и, воз­вра­тив­шись от­сю­да, при­ве­ди­те ее в ис­пол­не­ние. Мое иму­ще­ство, на­хо­дя­ще­е­ся в Пи­си­дии, я от­даю сест­ре сво­ей Фе­о­ти­мии, с тем чтобы она, по­лу­чая с него нуж­ное для про­пи­та­ния, со­вер­ша­ла по­ми­но­ве­ние по мне в день мо­ей смер­ти. Все же про­чее мое иму­ще­ство я остав­ляю сво­ей ма­те­ри по при­чине ее вдов­ства и си­рот­ства; от­дай­те ей так­же и мою от­се­чен­ную ру­ку и ска­жи­те ей, чтобы она пись­мом по­про­си­ла на­чаль­ни­ка го­ро­да Ан­ки­ры, вель­мож­но­го Ру­сти­ка, дать ей дом в Ва­ди­сане, где пусть и бу­дет по­ло­же­на ру­ка моя».

Оста­вив та­кое за­ве­ща­ние сво­им срод­ни­кам, бла­жен­ный Иерон спо­кой­но ожи­дал сво­ей му­че­ни­че­ской кон­чи­ны. И вот на пя­тый день Ли­зий опять сел на су­дей­ское ме­сто и, при­звав свя­тых, стал при­нуж­дать их по­кло­нить­ся идо­лам. Дол­го ста­рал­ся он и лас­ка­ми, и угро­за­ми от­кло­нить их от Хри­ста, но не имел ни­ка­ко­го успе­ха и то­гда при­ка­зал сна­ча­ла бить их без по­ща­ды пал­ка­ми, а за­тем осу­дил на усе­че­ние ме­чом. По­сле мно­гих му­че­ний свя­тые му­че­ни­ки бы­ли осуж­де­ны на смерть. Пред­во­ди­мые бла­жен­ным Иеро­ном, они на пу­ти к ме­сту каз­ни ра­дост­но вос­пе­ва­ли сло­ва псал­ма: «Бла­жен­ны непо­роч­ные в пу­ти, хо­дя­щие в за­коне Гос­под­нем» (Пс.118,1). При­шед­ши на ме­сто каз­ни, они пре­кло­ни­ли ко­ле­на и мо­ли­лись Гос­по­ду: «Гос­по­ди Иису­се Хри­сте, при­ми ду­ши на­ши!»

За­тем их свя­тые гла­вы бы­ли усе­че­ны ме­чом.

Ан­то­ний и Мат­ро­ни­ан об­ра­ти­лись к Ли­зию с прось­бой поз­во­лить им взять те­ло их срод­ни­ка Иеро­на и, ко­гда Ли­зий не со­гла­шал­ся, умо­ля­ли его от­дать им, по край­ней ме­ре, от­се­чен­ную гла­ву Иеро­на. Он от­ве­чал им, что от­даст гла­ву толь­ко за рав­ное с ней по ве­су ко­ли­че­ство зо­ло­та. Силь­но скор­бе­ли Ан­то­ний и Мат­ро­ни­ан, что не бы­ло у них столь­ко зо­ло­та, сколь­ко тре­бо­вал за гла­ву Ли­зий, хо­тя, без со­мне­ния, чест­ная гла­ва му­че­ни­ка и сто­и­ла несрав­нен­но до­ро­же. То­гда Бог вло­жил в серд­це од­но­му бо­га­то­му и зна­ме­ни­то­му му­жу, име­нем Хри­за­фию, дать вы­куп за гла­ву свя­то­го му­че­ни­ка Иеро­на: он от­дал Ли­зию столь­ко зо­ло­та, сколь­ко ве­си­ла гла­ва, и, взяв ее, с че­стью хра­нил у се­бя. Ко­ры­сто­лю­би­вый Ли­зий стал то­гда отыс­ки­вать и от­се­чен­ную ру­ку свя­то­го, рас­счи­ты­вая и за нее по­лу­чить зо­ло­то; но Ан­то­ний и Мат­ро­ни­ан, узнав об этом, но­чью бе­жа­ли на ро­ди­ну, уно­ся с со­бой свя­тую ру­ку, а те­ла – его и про­чих свя­тых му­че­ни­ков, обез­глав­лен­ных вме­сте с ним, дру­гие хри­сти­ане, взяв тай­но, по­греб­ли в скры­том ме­сте.

Упо­мя­ну­тые бра­тья, при­нес­ши ру­ку свя­то­го Иеро­на к его ма­те­ри Стра­то­ни­ке, вру­чи­ли ей свя­тые остан­ки. Мать, взяв усе­чен­ную ра­ди Хри­ста ру­ку сво­е­го воз­люб­лен­но­го сы­на, омы­ла ее сле­за­ми, ло­бы­за­ла ма­те­рин­ским лоб­за­ни­ем и при­кла­ды­ва­ла к сво­им очам. Ра­ду­ясь за сы­на и в то же вре­мя от­да­ва­ясь есте­ствен­ной скор­би, она го­во­ри­ла со сле­за­ми: «Лю­без­ный сын мой, ко­то­ро­го я ро­ди­ла жи­вым и здо­ро­вым! Те­перь у ме­ня толь­ко ма­лая часть тво­е­го мерт­во­го те­ла, но тем боль­шую скорбь она воз­буж­да­ет во мне. Увы, сын мой! Ро­ди­ла я те­бя в бо­лез­ни, вос­пи­та­ла в тру­дах, на­де­ясь иметь в те­бе опо­ру в ста­ро­сти, под­держ­ку в бо­лез­ни, уте­ше­ние в скор­бях, и, вме­сто то­го, ли­ши­лась я те­бя, свет сле­пых очей мо­их. Но что я пла­чу, ко­гда мне долж­но ве­се­лить­ся и ра­до­вать­ся то­му, что я – мать му­че­ни­ка, что я от­да­ла плод чре­ва сво­е­го Бо­гу, что ты, воз­люб­лен­ный сын, умер не так, как обыч­но уми­ра­ют лю­ди? Ведь му­че­ни­че­ская смерть, ка­кой скон­чал­ся ты, ве­дет ко мно­гим и ве­ли­ким бла­гам! Но, ото­шед­ши от ме­ня, не по­ки­дай ме­ня со­всем, сын мой, и в мо­лит­вах тво­их хо­да­тай­ствуй за ме­ня пред Гос­по­дом, за ко­то­ро­го ты про­лил свою кровь, дабы он и ме­ня ско­рее осво­бо­дил от этой мно­го­труд­ной и обиль­ной вся­ки­ми бе­да­ми жиз­ни».

По­сле это­го пла­ча Стра­то­ни­ка по­ло­жи­ла ру­ку свя­то­го на том ме­сте, ко­то­рое он сам бла­го­во­лил ука­зать, и при­ве­ла в ис­пол­не­ние все им за­ве­щан­ное. А Хри­за­фий, дав­ший зо­ло­той вы­куп за гла­ву свя­то­го Иеро­на, через несколь­ко вре­ме­ни по­стро­ил цер­ковь на ме­сте, где бы­ли усе­че­ны свя­тые му­че­ни­ки, и с че­стью по­ло­жил в ней гла­ву му­че­ни­ка, про­слав­ляя Свя­тую Тро­и­цу.

Святитель Павел, архиепископ Константинопольский, был избран на патриаршую кафедру после смерти Патриарха Александра (+340), когда вновь вспыхнула арианская ересь. На Соборе, избиравшем нового Константинопольского патриарха, присутствовало много ариан. Они восставали против избрания святителя Павла, но православных членов Собора оказалось большинство. Император Констанций, царствовавший над восточной половиной Римской империи, был арианин. Во время выборов патриарха его не было в Константинополе. По возвращении своем, он созвал собор, который незаконно объявил низложенным святителя Павла, и император изгнал его из столицы. На место святителя возвели арианина Евсевия Никомидийского. Патриарх Павел удалился в Рим, где нашли себе приют и другие православные епископы, изгнанные Евсевием.

Недолго управлял Церковью Евсевий. Когда он умер, святитель Павел вернулся в Константинополь. Он с любовью был встречен паствой. Но Констанций вторично изгнал святого, и ему пришлось возвратиться в Рим. Император Констант написал своему восточному соправителю Констанцию грозное письмо, которое отправил в Константинополь со святым архипастырем-изгнанником. Угрозы подействовали, и святитель Павел был возвращен на патриарший престол.

Однако вскоре благочестивый император Констант, защитник православных, был предательски убит во время дворцового переворота. Святителя Павла вновь изгнали из столицы и отправили в ссылку в Армению, в город Кукуз, где он принял мученическую кончину. Когда Патриарх совершал Божественную литургию, ворвались ариане и задушили святого его святительским омофором. Произошло это в 350 году. В 381 году святой царь Феодосий Великий торжественно перенес мощи святителя Павла исповедника, из Кукуза в Константинополь. В 1326 году мощи святителя Павла перенесены в Венецию.

Святитель Афанасий Великий, современник святого Павла, об его изгнании пишет кратко: «Святой Павел в первый раз сослан Константином в Понт, во второй раз Констанцием, окованный железными узами, заточен в Сингару Месопотамскую и оттуда переведен в Емесу, а в четвертый раз в Кукузу Каппадокийскую у Таврских пустынь».

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Христос в Евангелии Своем, говоря о самом великом, что может сделать человек, о самой высокой мере, до которой он может вырасти, дал нам заповедь любви: «Никто большей любви не имеет, как тот, который душу свою положит за друзей своих…».

И вот, в эту таинственную рождественскую ночь, Сам Господь и Бог наш воплощением Своим исполнил этот закон победоносной жизни и любви. Мы рождаемся во временную, преходящую жизнь, из ничего возникаем державным творческим словом Живого Бога, и через это временное бывание становимся причастниками вечности и входим в жизнь вечную. Господь же и Бог наш, воплощением Своим, из полноты бытия, из торжествующей полноты жизни входит в область смерти; из полноты нетварного бытия Он заключается в узкие, подлинно тюремные рамки падшего мира; будучи вечным, рождается во времени, чтобы в этом мире, узком, тесном, оторванном от Бога, жить, показывая нам пример того, как изо дня в день можно отдавать жизнь за своих друзей, и умирает, показывая нам, что и смертью можно явить торжество жизни.

Одна из древних греческих икон представляет нам ясли вифлеемские не в виде трогательных яслей, а в виде жертвенника, сложенного из камней, на которых лежит ребенок, предназначенный к смерти; но не к случайной, бессмысленной, бесцельной смерти, а к смерти жертвы, которая осмысленно, свободно приносится Богу во очищение грехов, ради победы над самой смертью, для соединения Неба и земли, для соединения отпадшей твари и Живого, любящего Бога.

Сегодня вечный Бог рождается во время. Бесплотный облекается плотью. Тот, Кто за пределами смерти, входит в область смерти; сегодня начинается крестный путь Господень; сегодня является нам жертвенная, крестная божественная Любовь. Сегодня ясли вифлеемские предзнаменуют нам ту пещеру, куда будет положен Господь наш Иисус Христос, снятый со креста после мучительной смерти… И весь путь жизни Господней является ничем иным, как исполнением этой заповеди о любви, которая не знает ни границ, ни предела, о той любви, которая свою жизнь отдает за друзей своих. Но за друзей ли одних? Кто был другом Господним, когда Он родился, кто дал приют Матери, ожидающей Ребенка, и сопровождающему их Иосифу? Выкинутые из человеческого селения, они нашли себе обиталище только среди зверей. И так в течение всей жизни Христовой, когда в завершение Его пути израильский народ, человечество, исключит Его из града людей, останется Ему только умереть одинокой смертью на Голгофской горе. Путь, начатый Господом «ради друзей своих», есть путь любви — но кто такие эти друзья? Враги — это не те, кто нас ненавидит; это те, которых мы, по безумию, по слепоте сердца и отуманенности ума, называем врагами. Христос врагов не знал. Все люди, которых державное творческое слово Божие призвало к бытию, были Его братья и сестры, были возлюбленные Божии дети, которые потеряли свой путь и которых Он пришел взыскать.

Он Сам дал нам образ, когда сказал, что добрый пастырь оставляет девяносто девять овец, чтобы идти на розыски одной заблудившейся, потерянной овцы. Так и по отношению к нам: тех людей, которые называют себя врагами Христа, Христос признаёт за Своих братьев и сестер, за детей Живого Бога, Чьим Сыном Он является. Он врагов не знает, для Него нет врагов. И поэтому за всех и ради всех Он становится человеком, за всех и ради всех Он живет изо дня в день, отдавая все силы тела и души; и, наконец, за всех и ради всех, после Страстной седмицы, после страшной Гефсиманской ночи, после издевательств, поруганий, после того, как Он был предан близким учеником, оставлен другими, Христос умирает на кресте за всех и ради всех…

И если мы — Христовы, то мы должны научиться в сегодняшнюю торжественную ночь этому Христову пути; сегодня можем мы покаянием, то есть переменой мысли и сердца, войти в путь Христов, можем новыми глазами осмотреться и с изумлением увидеть, что нет у нас врагов, а есть только дети Божии заблудшие, к которым нас посылает Господь жить и, если нужно, умирать, чтобы они ожили во веки веков.

Вот о чем говорят нам жизнь и смерть Христовы, вот о чем нам говорит сегодня Рождество — то есть рождение Живого Бога человеческой плотью. Оно такое таинственное: казалось бы, мы видим своего Бога, мы можем держать Его благоговейно и трепетно в своих объятиях. Но в этом Воплощении нам открывается Бог более таинственный, чем Бог небесный, непостижимый человеческому уму, а только чаемый человеческим сердцем, потому что в этом Младенце таится вся полнота невидимого, непостижимого Бога. Прикасаясь Ребенку, рожденному в Вифлееме, мы с ужасом познаём, что Он — Живой Бог, ставший живым Человеком нас ради; мера любви Божи- ей к каждому из нас, к последнему грешнику и к самому святому праведнику — это жизнь и смерть Сына Божия, ставшего Сыном Человеческим…

Разве мы не обернемся к каждому, кто вокруг нас, с подобной любовью, разве мы можем перед лицом Воплощения Христова иначе отнестись к людям, чем Сам Бог, ставший Человеком? Заповедь новую Он нам дает, новую тем, что не только Он нас призывает любить, но призывает любить и друзей и врагов, призывает любить всех, и такой мерой любви, которая называется «положить жизнь свою за друзей своих»; признать друзьями тех, кто тебя другом не признаёт, жить для них изо дня в день, а если нужно — ради них умереть, с последней молитвой на устах: Господи, прости им — они не знают, что творят!

Аминь.
(Митрополит Антоний Сурожский)

Уче­ник пре­по­доб­но­го Сер­гия Ра­до­неж­ско­го. Ро­дил­ся в Юрье­ве-Поль­ском. В юном воз­расте, услы­шав об Ан­гель­ской жиз­ни пре­по­доб­но­го Сер­гия и же­лая по­сле­до­вать ему, свя­той при­шел к пре­по­доб­но­му Сер­гию и про­сил при­об­ще­ния к ли­ку мо­на­ше­ству­ю­щих. Пре­по­доб­ный Сер­гий, про­ви­дя в нем бу­ду­ще­го ве­ли­ко­го по­движ­ни­ка и ис­пы­ты­вая его сми­ре­ние и тер­пе­ние, ото­слал св. Ни­ко­на к сво­е­му уче­ни­ку пре­по­доб­но­му Афа­на­сию Вы­соц­ко­му. Здесь пре­по­доб­ный Ни­кон учил­ся ум­но­му де­ла­нию, изу­чал Свя­щен­ное Пи­са­ние и пре­успе­вал в доб­ро­де­те­ли и чи­сто­те.

Воз­ве­ден­ный в сан иеро­мо­на­ха, пре­по­доб­ный Ни­кон вер­нул­ся в Тро­и­це-Сер­ги­е­ву Лав­ру и стал лю­би­мым и близ­ким уче­ни­ком пре­по­доб­но­го Сер­гия. Ви­дя ду­хов­ную зре­лость и опыт­ность пре­по­доб­но­го Ни­ко­на, пре­по­доб­ный Сер­гий пе­ред смер­тью на­зна­чил его сво­им пре­ем­ни­ком.

Став игу­ме­ном, пре­по­доб­ный Ни­кон под­дер­жи­вал все, что бы­ло уста­нов­ле­но учи­те­лем: лю­бил мо­лит­ву и пост, тру­дил­ся на­равне с бра­ти­ей, о ко­то­рой по­сто­ян­но с лю­бо­вью за­бо­тил­ся.

При пре­по­доб­ном Ни­коне 5 июля 1422 г., во вре­мя стро­и­тель­ства но­во­го хра­ма во имя Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы, бы­ли об­ре­те­ны нетлен­ные мо­щи пре­по­доб­но­го Сер­гия Ра­до­неж­ско­го.

По­сле мно­гих тру­дов и по­дви­гов пре­по­доб­ный Ни­кон скон­чал­ся 17 но­яб­ря 1426 г. и был по­гре­бен близ ра­ки сво­е­го учи­те­ля. В 1560 г. над мо­ги­лой пре­по­доб­но­го был по­стро­ен храм во имя его. Мо­щи пре­по­доб­но­го Ни­ко­на, по­чи­ва­ю­щие здесь под гроб­ни­цей, от­де­ля­ют­ся от ра­ки ве­ли­ко­го Сер­гия од­ной ка­мен­ной сте­ной.